=Последний Нуменорец=
Здесь моя территория. И мои правила!
АНЧУТКА — злой дух. Сязан с водой и вместе с тем летает; иногда Анчутку называют водяным, болотным: живет в болоте. У него есть крылья. Обычные его эпитеты — «беспятый», «роговой», «беспалый» — означают принадлежность к нечистой силе. В сказках он беспятый, потому что волк ему пятку откусил.
АУКА — лесной дух, родствен лешему. Так же, как и леший, любит проказничать и шутить, людей по лесу водить. Крикнешь в лесу — со всех сторон «аукнет». Можно, однако, вызволяться из беды, проговорив любимую поговорку всех леших: «Шел, нашел, потерял». Но один раз в году все способы борьбы с лесными духами оказываются бесполезными — 4 октября, когда лешие бесятся. «Ауку, чай, знаете? Аука в избушке живет, а изба у него с золотым мхом, а вода у него круглый год от весеннего льда, помело у него — медведевая лапа, бойко выходит дым из трубы, и в морозы тепло у Ауки... Аука затейный: знает много мудреных докук, балагурья, обезьянку состроит, колесом перевернется и охоч попугать, инда страшно. Да на то он Аука, чтобы пугать» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).
БАБАЙ — злой ночной дух. Живет он в зарослях камыша, а ночью под окнами бродит, шумит, скребется, в окна стучит. Бабаем пугают маленьких детей, которые не хотят ложиться спать. Про него говорят, что ходит он с большой котомкой по ночам под окнами, отыщет непослушного ребенка и в лес унесет. «Ай, бай, бай, бай, /Не ходи, старик. Бабай, /Коням сена не давай. /Кони сена не едят, /Все на Мишеньку глядят. /Миша спит по ночам /И растет по часам. /Ай, бай, бай, бай, /Не ходи ты к нам, Бабай» (колыбельная песня).
БАЕННИК (банник, лазник, байник, банный) — нечистый дух из нежити, который поселяется во всякой бане за каменкой, всего же чаще под полком, на котором обычно парятся. Всему русскому люду известен он за злого недоброхота. «Нет злее банника, да нет его добрее», — говорят в коренной Новгородчине, но твердо верят в его готовность вредить и строго соблюдают правила угодничества и заискивания. Полагают, что баенник всегда моется после всех, а потому четвертой перемены или четвертого пара все боятся: «он» накинется, станет бросаться горячими камнями, плескаться кипятком; если не убежишь умеючи, т.е. задом наперед, он может совсем зашпарить. Этот час (т.е. после трех перемен) дух считает своим и позволяет мыться только чертям: для людей же банная пара полагается около 5-7 часов пополудни. Баенник стремится владеть баней нераздельно и недоволен всяким, покусившимся на его права, хотя бы и временно. Зная про то, редкий путник, застигнутый ночью, решится искать здесь приюта. Так как на баеннике лежит прямая обязанность удалять из бани угар, то в его же праве наводить угар на тех, кем он недоволен. Заискивают расположение баенника тем, что приносят ему угощение из куска ржаного хлеба, круто посыпанного крупной солью. А чтобы навсегда отнять у него силу, ему приносят в дар черную курицу. Баенник старается быть невидимым, хотя некоторые уверяют, что видали его и что он старик, как и все духи, ему сродные: недаром же они прожили на белом свете такое неисчислимое количество лет.
БАЕЧНИК (перебаечник) — злой домашний дух. Появляется баечник после рассказанных на ночь страшных историй о всякой нечисти. Ходит босым, чтобы не слышно было, как он стоит над человеком с протянутыми над головой руками (хочет узнать, страшно или нет). Будет разводить руками до тех пор, пока рассказанное не наснится, и человек не проснется в холодном поту. Если в это время зажечь лучину, можно увидеть убегающие тени, это он. В отличие от домового, лучше с ним не заговаривать, можно опасно заболеть. В доме их четыре-пять. Самый страшный — усатый перебаечник, у него усы заменяют руки. Защититься от перебаечника можно заклятьем, но оно забыто.
БАРАБАШКА — персонаж, который появился совсем недавно. Живет обычно в городских квартирах. Любит проказничать — стучит, шумит, посуду сбрасывает со стола, краску разольет, газ зажжет, предметы всякие двигает и бросает. Видеть его — никто не видел. С теми, кто ему понравится охотно беседует — отвечает стуком на все вопросы. По типу характера можно отнести его к домовым-доможилам: к добрым хозяевам относится по-доброму, злых не терпит.
БЕСИЦЫ-ТРЯСАВИЦЫ — духи болезней (см. «лихорадка»).
БОГИНКИ — у западных славян. Главная функция — похищение и подмена детей. Изображаются в образе старых безобразных женщин с большой головой, отвисшими грудями, вздутым животом, кривыми ногами, черными клыкастыми зубами (реже в облике бледных молодых девушек). Нередко им приписывается хромота (свойство нечистой силы). Они могут появляться также в виде животных — лягушек, собак, кошек, быть невидимыми, показываться как тень. Ими могли стать роженицы, умершие до совершения над ними обряда ввода в костел; похищенные богинками дети, женщины; души погибших женщин, девушек, избавившихся от плода или убивших своих детей, женщин-самоубийц, клятвопреступниц, умерших при родах. Места обитания их — пруды, реки, ручьи, болота, реже — овраги, норы, лес, поле, горы. Они появляются ночью, вечером, в полдень, во время ненастья. Характерные их действия — стирка белья, детских пеленок с громкими ударами вальков; помешавшего им человека гонят и бьют; танцуют, купаются, манят и топят прохожих, затанцовывают их, сбивают с пути; прядут пряжу; расчесывают волосы; приходят к роженицам, манят их, зовут с собой, очаровывают их голосом, взглядом; похищают рожениц, беременных женщин. Они подменяют детей, подбрасывая на их место своих уродцев; похищенных детей превращают в нечистых духов; мучают людей по ночам, давят, душат их, сосут грудь у детей, мужчин, насылают порчу на детей. Они опасны также для скота: пугают и губят скот на пастбищах, гоняют лошадей, заплетают им гривы.
БОЛИ-БОШКА — лесной дух. Живет в ягодных местах. Дух лукавый и хитрый. Появляется перед человеком в виде старичка бедного, немощного, просит помочь отыскать ему сумку утерянную. Поддаваться на его просьбы нельзя — начнешь о потере думать, разболится голова, будешь долго по лесу блуждать. «Тише! Вот и сам Боли-бошка! — Почуял, подходит: набедит, рожон! Весь измозделый, карла, квелый, как палый лист, птичья губа — Боли-бошка, — востренький носик, сам рукастый, а глаза будто печальные, хитрые-хитрые» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).
БОЛОТНЯНИК (болотяник, багник) — дух болота. Тождествен водяному. «Где болота, туды-й черт», «Черт без болота не будет, а болото без черта-», «В тихом омуте черти водятся» и др. «Это шутит над вами болото. Это манит вас темная сила» (А.А Блок. «Болото — глубокая впадина...»).
ВАЗИЛА (конюшник, табунник) — дух-покровитель лошадей, его представляют в человеческом образе, но с конскими ушами и копытами. Всякий домохозяин имеет собственного вазилу, который живет в конюшне (сарае), заботится, чтоб водились лошади, оберегает их от болезней, а когда они ходят в табун — удаляет от них хищного зверя.
ВЕДОГОНИ — души, обитающие в телах людей и животных, и в то же время домовые гении, оберегающие родовое имущество и жилище. Каждый человек имеет своего ведогоня; когда он спит, ведогонь выходит из тела и охраняет принадлежащее ему имущество от воров, а его самого от нападения других ведогоней и от волшебных чар. Если ведогонь будет убит в драке, то человек или животное, которому он принадлежал, немедленно умирает во сне. Поэтому если случится воину умереть во сне, то рассказывают, будто ведогонь его дрался с ведогонями врагов и был убит ими. У сербов — это души, которые своим полетом производят вихри. У черногорцев — это души усопших, домовые гении, оберегающие жилье и имущество своих кровных родичей от нападения воров и чужеродных ведогоней. «Вот, ты счастливый заснул, а твой Ведогонь вышел мышью, бродит по свету. И куда-куда не заходит, на какие горы, на какие звезды! Погуляет, всего наглядится, вернется к тебе. И ты встанешь утром счастливый после такого сна: сказочник сказку сложит, песенник песню споет. Это все Ведогонь тебе насказал и напел — и сказку и песню» (А.М. Ремизов. «К Моою-Океану»).
ВИИ (Ний, Ниам) — мифическое существо, у которого веки опускаются до самой земли, но если поднять их вилами, то уже ничто не утаится от его взоров; слово «вии» означает ресницы. Вий — одним взглядом своим убивает людей и обращает в пепел города и деревни; к счастью, убийственный взгляд его закрывают густые брови и близко прильнувшие к глазам веки, и только в том случае, когда надо уничтожить вражеские рати или зажечь неприятельский город, поднимают ему веки вилами. Вий считался одним из главных служителей Чернобога. Его полагали судьей над мертвыми. Его почитали насылателем ночных кошмаров, видений и привидений, особенно для тех, у кого не чиста совесть. «...Увидел он, что ведут какого-то приземистого, дюжего, косолапого человека. Весь был он в черной земле. Как жилистые, крепкие корни, выдавались его засыпанные землею ноги и руки. Тяжело ступал он, поминутно оступаясь. Длинные веки опущены были до самой земли. С ужасом заметил Хома, что лицо было на нем железное» (Н.В. Гоголь. «Вий»). «... Нынче Вий на покое, — зевнул одной головой конь двуголовый, а другой головой облизнулся, — Вий отдыхает: он немало народу-людей погубил своим глазом, а от стран-городов только пепел лежит. Накопит Вий силы, примется снова за дело» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).
ВОДЯНОЙ (водяник, водовик, болотяник) — водяной, злобный дух, а потому всеми и повсюду причисляется к настоящим чертям. Народ представляет водяного голым стариком, с большим одутловатым брюхом и опухшим лицом, что вполне соответствует его стихийному характеру. Вместе с этим, как все облачные духи, он — горький пьяница. Водовики почти всегда женаты и имеют по многу детей; женятся они на водяных девах, утопленницах и тех несчастных девушках, которые были прокляты родителями и вследствие этого проклятия уведены нечистою силою в подводные селения. Недоброжелательство водяного к людям выражается в том, что он неустанно сторожит за каждым человеком, являющимся, по разным надобностям, в его сырых и мокрых владениях. Он уносит на безвозвратное жилье всех, кто вздумает летней порой купаться в реках и озерах после солнечного заката, или в самый полдень, или в самую полночь. Под водой он обращает свою добычу в кабальных рабочих, заставляет их переливать воду, таскать и перемывать песок и т.д. Никогда не умирая, водяные, тем не менее, на переменах луны изменяются: на молодике они и сами молоды, на ущербе превращаются в стариков. На юге представляются с человеческим туловищем, но с рыбьим хвостом вместо ног; водяные северных холодных лесов — чумазые и рогатые. Водяной находится в непримиримо враждебных отношениях с дедушкой домовым, с которым, при случайных встречах, неукоснительно вступает в драку. В том случае, когда водяной живет в болотах его называют также Болотняник.
ВОЛЧИЙ ПАСТЫРЬ — владыка бурных гроз, которому подвластны небесные волки, следующие за ним большими стаями и в дикой охоте заменяющие собою гончих псов. По преданиям, волчий пастырь выезжает верхом на волке, имея в руках длинный бич, или шествует впереди многочисленной стаи волков и усмиряет их дубинкою. Он то показывается в виде старого деда, то сам превращается в волка, рыщет по лесам хищным зверем и нападает на деревенские стада. Этот оборотень, останавливаясь под тенистым деревом, превращается из зверя в старца, собирает вокруг себя волков, кормит их и каждому назначает его добычу: одному волку приказывает зарезать корову, другому заесть овцу, свинью или жеребенка, третьему растерзать человека. Кого назначит он в жертву волку, тот, несмотря на все предосторожности, уже не избегнет своей судьбы.
ВОРОГУША (ворогуха, ворожея) — одна из сестер-лихорадок, она садится в виде белого ночного мотылька на губы сонного и приносит ему болезнь. В Орловской губернии больного купают в отваре липового цвета. Снятую с него рубаху больной должен ранним утром отнести к речке, бросить ее в воду и промолвить: «Матушка-ворогуша! на тебе рубашку, а ты от меня откачнись прочь!» Затем больной возвращается домой молча и не оглядываясь. «Вышла из бора старая Ворогуша, пошла с костылем по полю» (А.М. Ремизов. «Сказки»).
ВЫТАРАШКА — олицетворение любовной страсти, лишающей человека рассудка: ее ничем не возьмешь и в черную печь не угонишь, как выражается один заговор на присуху. «И восхикала лебедью алая Вытарашка, раскинула крылья эарей, — не угнать ее в черную печь,— знобит неугасимая горячую кровь, ретивое сердце, истомленное купальским огнем» (А.М. Ремизов. «Сказки»).
ДВОЕДУШНИК — существо, способное вмещать в себя две души — человеческую и демоническую. Число «два» у славян, в отличие от чисел «один» и «три», обладало сверхъестественной силой. Обычно двоедушник днем ведет себя как и любой другой человек, а ночью он сразу же засыпает глубоким сном, так что разбудить его невозможно. В это время он бродит вне своего тела в обличье пса, зайца, коня и т.п. Иногда после смерти двоедушника его чистая душа идет на тот свет, а нечистая душа становится упырем. «...Если бродящего Двоедушника кто-либо будет задерживать, он может убить своей силой или силой ветра, от которого нет спасения. Двоедушника можно разбудить, перевернув его головой на место ног. В том случае Двоедушник будет болеть не менее двух недель» (Н.И. Толстой).
ДЕДЫ (диды, дзяды) — общеславянские духи предков. Дед — хранитель рода и, прежде всего, детей, конечно. Старший мужчина, представитель родового старейшинства, который усмиряет страсти внутри клана, хранит основные принципы морали рода, строго следя за их исполнением. Деда молили об указании, открытии клада. У славян особый обряд почитания дедов совершался весной на радуницу — седьмой день Пасхи или осенью. Угощали дедов и на Рождество, под Новый год. Души умерших родственников приглашали в дом и жертвовали им пищу, выливая ее под стол или выставляя за окно. Пищу также относили на кладбище и клали на могилки. Деды изображались в виде «болванов» с лучиной. В Белоруссии во время обряда хозяин трижды обносил зажженную лучину вокруг стола, совершая окуривание душ умерших.
ДОМОВОЙ-ДОМОЖИЛ (Доброжил, Доброхот, Кормилец, Дедушка, Суседка, Батан, Другая половина, Жировик, Лизун, Постень, Карноухий, Клецник, Шут, Облом, Садолом) — представитель очага, по первоначальному значению есть бог Агни, тождественный Перуну-громовержцу. Как воплощение огня, пылающего на домашнем очаге, домовой чтился как основатель и владыка рода. Это — малорослый старик, весь покрытый теплою, косматою шер0стью. На Руси домовой также является покровителем кур, и в честь его 1-го ноября совершается особенное празднество, известное под названием «куриных именин».
ДОМОВОЙ-ДВОРОВОЙ — получил свое имя по месту обычного жительства, а по характеру отношений к домовладельцам он причислен к злым духам, и все рассказы о нем сводятся к мучениям тех домашних животных, которых он не взлюбит. Внешним видом дворовой похож на доможила. Он в дружбе всегда только с козлом и собакой, остальных животных недолюбливает, а птицы ему не подчиняются. Особенно не терпит белых кошек, белых собак и сивых лошадей —— знающий хозяин старается не держать такую живность. Дары ему подносят на железных вилах в ясли.
ЗЛЫДНИ — злые духи, маленькие существа, которые, поселившись за печкой, остаются невидимыми и приносят дому несчастья: как бы ни было велико богатство хозяина, оно быстро сгинет и вместо довольства наступит нищета. Существует заклятие: «Нехай го злидни побьют!». Своим крохотным ростом и неугомонным характером они напоминают домовых карликов и тем самым дают свидетельство о древнейшей связи мифических олицетворении судьбы и смерти со стихийными грозовыми духами (другое свидетельство — способность превращений). Злыдни странствуют по свету и располагаются на житье обществами; точно также, по свидетельству народных поговорок, «Беда не приходит одна», «Беды вереницами ходят». Украинское «Бодай вас злидни побили!» — пожелание несчастья, «к злидню» — к черту. «Смилуйся, мать, посмотри, вон твой сын с куском хлеба и палкой бросил дом и идет по катучим камням — куда глаза глядят, а злыдни — спутники горя, обвиваясь вокруг шеи, шепчут на уши: «Мы от тебя не отстанем!» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).

ИГОША — родственен кикиморе; мертворожденный ребенок, недоносок, выкидыш, уродец без рук и без ног, который поселяется в избе и тревожит домохозяев своими проказами.
ИЧЕТИК — злой дух из рода водяных. Также, как и водяной, ичетик живет в реках и других водоемах. По своим функциям он является помощником водяного (у водяного много помощников и кроме него — например, русалки и шишиги). Всю мелкую работу выполняет ичетик — берега подмывает, мостики разрушает, посевы заливает. Обликом похож на водяного, только ростиком не вышел. Как и вся нежить любит играть в карты, пить бражку. Спит с Никиты осеннего до Никиты вешнего.
КАЖЕННИК — человек, которого обошел леший, — теряет смысл и память.
КАРАЧУН (корочун, керечун, крачун) — злой дух. Карачун также название зимнего солнцеворота и связанного с ним праздника — Рождества (в Закарпатье крачун — рождественский пирог). Название Корочун сближается с именами Керт и Крак, которые обозначают славянского Ситиврата. «В белой шубе, босой, потряхивая белыми лохмами, тряся сивой большой бородой, Корочун ударяет дубиною в пень,— и звенят злющие эюзи, скребут коготками морозы, аж воздух трещит и ломается» (А.М. Ремизов. «Сказки»).
КЛАДОВИК (кладовый) — дух, который охраняет зарытые в землю сокровища и ценности. На севере его зовут «кладовым» и признают, что есть два сторожа: «лаюн», прозванный так за то, что обращается в собачку-лайку, при первом покушении на похищение клада; другой — «щекотун», оберегающий клад в виде белобокой птицы сороки-щекотухи.
КОЛОВЕРТЫШ — помощник ведьмы. «На крыше сидела серая сова — чертова птица, а у курьей ноги, у дверей, пригорюнясь, сидел Коловертыш: трусик не трусик, кургузый и пестрый, с обвислым, пустым, вялым зобом... Это зоб, туда он все собирает, что ведьма достанет: масло, сливки — и молоко, всю добычу. Наберет полон зоб и тащит за ведьмой, а дома все вынет из зоба, как из мешка, ведьма и ест: масло, сливки и молоко... —Из собаки сделала, мудрено меня сделала ведьма: ощенилась наша собака Шумка — Шумку волки съели! — взяла ведьма место — там, где щенята у Шумки лежали, пошептала, перетащила в избу в задний угол под печку, а через семь дней я на белый свет и вышел. Я — Коловертыш, вроде собачьего сына...» (А.М. Ремизов. «Сказки»).
КУРЕНТ — бес. Однажды человек-исполин и Курент поспорили между собой, кому из них обладать белым светом. Долго боролись они, изрыли ногами всю землю и сделали ее такою, какова она теперь: где прежде были широкие равнины, там появились высокие горы и глубокие пропасти. Ни тот, ни другой не осилил противника. Тогда Курент взял виноградную лозу и стиснул так крепко, что из нее ударило вино; этим вином он упоил человека в то самое время, когда тот сидел на высокой горе за божьим столом. Вскоре воротился Бог и увидел человека, дремлющего за столом; разгневался Бог и сбросил его сильною рукою с горы вниз, отчего много лет лежал он разбитый и полумертвый. Когда человек оздоровел, сила его пропала: не мог он ни скакать через море, ни спускаться в глубь земли, ни восходить к небесному столу. Так завладел Курент светом и человеком, и люди с той поры сделались слабы и малы. В некоторых областях это — лукавый и веселый бес, который игрой своей на гуслях и дудке исцеляет болезни и заставляет всех плясать без отдыха.
КУТНЫЙ БОГ — домовой.
ЛЕДАЩИЙ (лядащий) — дух соломы. Как и многие духи славянской мифологии, зимой ледащий спит. Просыпается только с приходом весны. В летнее время бодрствует и ждет конца лета, чтобы забраться в свежую кучу соломы и уснуть. Никто его никогда не видел. Иногда только в жаркий полдень зашуршит кто-то в соломе, и послышится чей-то вздох. «Из прошлогодней соломы закурлыкал лядащий — бес соломин, притрушенный теплой соломой. И откликнулся луг, загудел, и весь берег защелкал и заохал, и зааукал, застрекотал лес стрекозою» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).
ЛЕСАВКИ — лесные духи, родственники лесовика, старики и старушки. Видом своим похожи на ежат. Также, как и лесовик, любят проказить и играть. Большую часть времени лесавки спят — бодрствуют они очень короткий период времени: с конца лета до середины осени. У олончан в их густых и непочатых лесах живут «лесные старики» или «отцы», которые сманивают в лес детей, но с какой целью держат их там и чем кормят — самые сведующие люди сказать не могут. «Старички и старушки — Лесавки в прошлогодних листьях сидят, схватятся за руки, скачут по лесу, свистят на весь лес, без головы, без хвоста, скачут, вот как свистят» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).
ЛЕШИЙ (вольный, ляд, лес, праведный, лешак, лесовик, лесник, лисун, полисун, шатун, ворог, еле, дикинький мужичок, цмок, царек с золотыми рожками, лесовый царек, господарь над лесом) — лесная нечисть, полноправный и неограниченный хозяин леса: все звери и птицы находятся в его ведении и повинуются ему безответно. Леший отличается от прочих духов особыми свойствами, присущими ему одному: если он идет лесом, то ростом равняется с самыми высокими деревьями. Как все грозовые духи, леший может принимать различные образы, и тем самым сближается с оборотнями. Чаще всего он является здоровенным мужиком, но и в этом человеческом образе сохраняет демонские признаки: на нем бараний полушубок, но как всегда бывает у нечистой силы — неподпоясанный и запахнутый левой полою на правую. Обладая способностью перевертываться, леший часто прикидывается прохожим человеком с котомкой за плечами. Если леший показывается голый, то легко заметить, как сходен он с общепринятым изображением черта: на голове у него рога, ноги козлиные, голова и вся нижняя половина тела мохнатые, в космах, борода козлиная — клином, на руках длинные когти. Лешие не столько вредят людям, сколько проказят и шутят и, в этом случае, вполне уподобляются свои родичам-домовым. Проказят они грубо, как это и прилично неуклюжим лесным жителям, и шутят зло. Самые обычные приемы проказ — завести человека в чащу в такое место, из которого никак не выбраться, либо напустить в глаза тумана, что совсем собьет с толку, и заблудившийся человек долго будет кружить по лесу. Однако леший все-таки не ведет людей на прямую погибель. Людей леший карает за употребление непотребных слов и произнесение проклятий.
ЛИСТИН — старый слепой дух, предводитель лесавок, его жена и помощница — баба Листина. Они не такие буйные и шустрые, как лесавки, сидят в куче листьев возле пня или в овраге и командуют — кому когда шелестеть. Осенью сначала легкий шепоток слышится — это Листин с Листиной советуются и назначают лесавкам работу. А потом уже шелест да шум, хороводы опавшей листвы, знать, лесавки играются. «Пройдет мимо дерева слепышка Листин, прошуршит листьями, не бойся: Листин не страшный. Листин только пугать любит» (А.М. Ремизов. «Сказки»).
ЛИХОРАДКА (лиходейка, лихо-манка, манья, кума, добруха, тетка, подруга, дитюха, трясця-не-всипуха, трясавица, трясея, тресучка, трясуница, потресуха, трясучка, грозница, Ледея, ледиха, озноба, знобея, забуха, студенка, подрожье, зимния, гнетея, гнетница, гнетуха, гнетучка, грынуша, грудница, глухея, глохня, ломея, ломеня, ломовая, костоломка, пухнея, пухлея, пухлая, дутиха, отекная, желтея, желтуха, желтуница, коркуша, корчея, скорчея, глядея, огнеястра, Невея, нава, навье, пляса-вица, сухота, сухея, зевота, яга, сонная, бледная, легкая, вешняя, листопадная, водяная, синяя, горячка, подтынница, навозница, веретенница, болот-ница, веснянка-подосенница) — привидение в виде злой и безобразной девы: чахлой, заморенной, чувствующей всегдашний голод, иногда даже слепой и безрукой; «бесица, имеюща разжени очи, а руци железные, а власы верблюжия... в человеки злые пакости творити, и кости женские иэсушити, млека изсякнут, а младенца уморити, и очи человекам омрачити, составы расслабити» (старинный заговор). Лихорадок — девять или двенадцать крылатых сестер; они обитают в мрачных подземельях ада. Одна из них — старшая — повелевает своими сестрами и посылает их на землю мучить людской род: «тело жечь и знобить, белы кости крушить». Второго января Мороз или Зима выгоняет их, вместе с нечистою силою, из ада, и лихорадки ищут себе пристанища по теплым избам и нападают на «виноватых». Поверье это условливается теми простудами и ознобами, которые так обыкновенны в холодную пору зимы. Лихорадки исчисляют свои названия и описывают те муки, которыми каждая из них терзает больного (см. выше: например, костоломка — «аки сильная буря древо ломить, также и она ломает кости и спину»; желтея или желтуха — эта «желтить человека, аки цвет в поле»). Невея (мертвящая) — всем лихорадкам сестра старейшая. Чтобы избавиться от лихорадки можно носить на себе змеиного выползка (змееныша, выползшего из норы), не снимая его ни на ночь, ни в бане. «И они чахлые и заморенные — Коровья смерть да Веснянка-Подосенница с сорока сестрами пробегают по селу, старухой в белом саване, кличут на голос. Много они натворили бед — съешь их волк!— то под тыном прикинется Подтынница, то на дворе пристигнет — Навозница, то соскочет с веретена да заскочит в пряху — Веретенница, то выскочит с болотной кочки — Болотница: им бы портить скотину, вынимать румянец из белого лица, вкладывать стрелы в спину, крючить на руках пальцы, трясьмя трясти тело» (А.М. Ремизов. «Сказки»).
ЛЯД (чемор, игрец, черный шут, лихновец, облом) — дьявол.
ЛЯДАЩИК — человек, над которым пролетел злой дух, — непременно сходит с ума.
МОРА — злой дух болезней и смерти; в Сербии и Черногории признается за демонического духа, который вылетает из ведьмы в виде мотылька (общепринятое представление души), «притискуе и дави» по ночам сонных людей и «дыханье им зауставльа».
МОРНАЯ КОРОВА (Коровья или Товаряча Смерть, сибирская язва) — чума рогатого скота; безобразная старуха, у которой руки с граблями. Показывается она преимущественно осенью и ранней весной, когда скотина начинает страдать от бескормицы и дурной погоды. Коровья Смерть нередко принимает на себя образ черной собаки или коровы и, разгуливая между стадами, заражает скот.
МОРСКИЕ ЛЮДИ (Фараоны) — на Украине о них говорят — «що половина чоловика, а половина риби». Когда волнуется море, на поверхность его выплывают морские люди и поют песни. В других местах этих морских людей называют фараонами, смешивая старинное предание о морянах с библейским сказанием о Фараоновом воинстве, потонувшем в волнах Черного моря. Рассказывают, что люди эти — с рыбьими хвостами и что они обладают способностью предсказывать будущее.
МОХОВОЙ — крошечный дух зеленого или бурого цвета, живет во мху, наказывает тех, кто собирает ягоды в неурочное время. Он либо заведет в такое место, из которого трудно выбраться, либо заставит кружить по лесу на одном и том же месте. Обычно моховой не ведет людей на погибель, а лишь вымучит, да и отпустит.
НАВЬ (навье, навы) — в славянской мифологии воплощение смерти. В старинных русских памятниках навье — мертвец. В Галиции существует предание о счастливом народе «рахмане», живущим за черными морями. В южной Руси этот народ называют навы, празднуемый ими Велик день — навьский или русальный. Болгарские нави — злые духи, двенадцать колдуний, которые сосут кровь у родильниц. У болгар также мальчики мертворожденные или умершие без крещения становятся духами-навяками. «В Навий день, на Радуницу, справляли здесь «оклички» покойников» (П.И. Мельников-Печерский. «В лесах»).
НОЧКИ (нички) — женские мифические существа, которые в ночное время, особенно по пятницам, стучат и шалят в избах; бабы боятся, чтобы они не выпряли весь лен, и прячут от них свои кудели. Тождественны марухам.
НОЧНИЦЫ (криксы) — ночные демоны. Нападают в основном на новорожденных детей, до крещения. Это неопределенного вида существа. Иногда представляются в виде женщин с длинными волосами в черной одежде. Ночницами становятся после смерти женщины-ведьмы, не имевшие детей. «Из страха перед ночницами матери остерегаются после захода солнца оставлять на дворе пеленки, выходить из дома и выносить ребенка; не оставляют открытой и не качают пустую колыбель, применяют различные обереги колыбели (растения, иголку и т.п.); не купают детей и не стирают пеленок и белья в «ночной» (простоявшей ночь) воде» (С.М. Толстая).
ОВИННИК (Гуменник, Подовинник) — самый злой из домовых духов: его трудно ублажить-смирить, если он рассердится и в сердцах залютует. Глаза у него горят калеными угольями, как у кошки, а сам он похож на огромного кота, величиной с дворовую собаку, — весь черный и лохматый. Умеет лаять и хохочет не хуже лешего. Сидеть под садилом в ямине указано ему для того, чтобы смотреть за порядками кладки снопов, наблюдать за временем и сроками, когда и как затоплять овин, не позволять делать это под большие праздники. Разгневается, так закинет уголь между колосниками и даст всему овину заняться и сгореть. Живет этот дух в овине; лохматый, а одна рука голая и подлинней другой. Голой рукой он наказывает, бросает нерадивым хозяевам жар в неубранные снопы. Глаза у этого духа разноцветные, шуба наизнанку; в безветренную погоду он спит.
ОГУМЕННИК (гуменник) — дух, живущий на гумнах (гумно — место, где молотят, а также сарай для сжатого хлеба) и ригах; хотя и считается домовым духом, но очень злой: его трудно ублажить. Говорят, можно его задобрить, если принести пироги и петуха: петуху на пороге отрубают голову и кровью кропят по всем углам. «Сходить на гумно и принести сноп соломы считалось одним из тягчайших наказаний, так как ночью на гумно не ходят из опасения попасть в лапы огуменника...» (Круглый год. Русский земледельческий календарь).
ПОПУТНИК — дух, способствующий человеческим делам, их успеху.
ПРИВИДЕНИЕ (призрак) — душа умершего или отсутствующего существа. ривидение прозрачно, оно не отбрасывает тени. Единственная возможность спастись от него — бежать без оглядки, если обернешься — умрешь.
ПУЩЕВИК — лесной дух, живущий в непроходимой пуще. «Всякое движение здесь, кажется, замерло; всякий крик пугает, до дрожи и мурашек в теле. Колеблемые ветром древесные стволы трутся один о другой и скрипят с такой силой, что вызывают у наблюдателя острую ноющую боль под сердцем. Здесь чувство тягостного одиночества и непобедимого ужаса постигает всякого, какие бы усилия он над собой ни делал. Здесь всякий ужасается своего ничтожества и бессилия» (С.В. Максимов. «Нечистая, неведомая и крестная сила»).
РЖАНИЦА — дух, живущий на полосах ржи.
СТРАХ (Рах) — мифологический персонаж, упоминаемый в русских заговорах, воплощение огненного ветра — суховея. Ветры издревле олицетворялись как существа самобытные. На лубочных картинах ветр и «дух бурен » изображаются в виде окрыленных человеческих голов, дующих из облаков. По народному поверью, зимние вьюги бывают от того, что нечистые духи; бегая по полям, дуют в кулак.
ХОВАЛА (ховало) — дух с двенадцатью глазами, которые, когда он идет по деревне, освещают ее подобно зареву пожара. Олицетворение многоочитой молнии, которой дано имя Ховалы (от «ховать» — прятать, хоронить), потому что она прячется в темной туче; припомним, что тождественный этому духу Вий носит на своих всё пожигающих очах повязку. Ховала любит жить там, где зарыт клад с сокровищами. «Поднялся Ховала из теплой риги, поднял тяжелые веки и, ныряя в тяжелых склоненных колосьях, засветил свои двенадцать каменных глаз, и полыхал. И полыхал Ховала, раскаляя душное небо. Казалось, там — пожар, там разломится небо на части и покончится белый свет» (А.М. Ремизов. «К Морю-Океану»).
ХУДОЙ — злой бес.
ЧЕРТОВ КОНЬ — сом, на котором обыкновенно ездит водяник; в некоторых местностях рыбу эту не советуют употреблять в пищу. Пойманного сома не следует бранить, чтобы не услыхал водяной и не вздумал отомстить за него.
ШЕРСТНАТЫЙ — ночной демон. Можно предположить, что шерстнатым называют домового. В народе верят, что домовой весь оброс густой шерстью и мягким пушком; даже ладони и подошвы у него в волосах, только лицо около глаз и носа — голое. Ладонью шерстнатый гладит по ночам сонных, и те чувствуют, как шерстит его рука. Если он гладит мягкою и теплою рукою — это предвещает счастье, а если холодною и щетинистою — быть худу.
ШИШ — домовой, бес, нечистая сила, живущая обычно в овинах. Играет Шиш свадьбы свои в то время, когда на проезжих дорогах вихри поднимают пыль столбом. Это те самые Шиши, которые смущают православных. «Шиш отроду голой, у его двор полой, скота не было, и запирать некого... Именья у Шиша — штей деревянный горшок, да с табаком свиной рожок. Были липовых два котла, да сгорели дотла» (Б.Шергин. «Шишовы напасти»).
ШИШИГА (Шишиган) — домовой, злой дух и праздношатающийся человек, шатун. Умные хозяйки ставят у печки с вечера тарелочку с хлебом и стакан молока — таким образом можно умилостивить шишиг. «...Закроет тебя шишига хвостом, и ты пропадешь и, сколько ни ищи, не найдут тебя, да и сам себя не найдешь...» (А.М. Ремизов. «Неуемный бубен»).
ШУЛИКУНЫ (шиликуны, шулюкуны, шликуны) — сезонные демоны. Шуликуны, связанные со стихией воды и огня, появляются в Сочельник из трубы (иногда на Игнатьев день) и уходят назад под воду на Крещенье. Бегают по улицам, часто с горячими углями на железной сковородке или железным крюком в руках, которым они могут захватить людей («закрючить и сжечь»), либо ездят на конях, на тройках, на ступах или «каленых» печах. Ростом они нередко с кулачок, иногда побольше, могут иметь конские ноги и заостренную голову, изо рта у них пылает огонь, носят белые самотканые кафтаны с кушаками и остроконечные шапки. Шуликуны на Святки толкутся на перекрестках дорог или около прорубей, встречаются и в лесу, дразнят пьяных, кружат их и толкают в грязь, не причиняя при этом большого вреда, но могут заманить в прорубь и утопить в реке. По вологодским представлениям, шуликунами становятся проклятые или погубленные матерями младенцы. Живут они нередко в заброшенных и пустых сараях, всегда артелями, но могут забраться и в избу, и тогда их выгнать трудно.

@темы: (с)пижжено^^, Ведьмовское)